Из цикла Тусклые беседы (Ювенильная тетрадь)

 

19. О ЖЕНСКОМ ВОПРОСЕ.

(утвердительная статья)

 

Сегодня я с трудом принуждаю себя держать в руках перо. Оно слишком тяжело сегодня, оно то и дело норовит выскочить у меня из пальцев и с грохотом упасть на пол. Сегодня, судя по всему нехороший день. Сегодня метель, буря, ураган и внезапная жара обрушились на

наш город. Наш город, и без того давно уже задавленный всей тяжестью женского вопроса. Именно о нём я должен сегодня сказать В двух словах, не больше. Даже, если повезёт, может быть - в одном.

Все вопросы, как известно, требуют ответа. Некоторые вопросы требуют его настойчиво, некоторые даже вопиют и ходят по улицам с большой дубиной, а иные, наоборот, сидят пассивно и ждут, пока им этот самый ответ принесут и подадут. Вот таков и женский вопрос.

Уже веками он требует, просит и ждёт ответа, но так до сих пор и остаётся совершенно неудовлетворённым. Конечно, я напомнил бы, что меня следует понимать буквально, точно, и безо всяких посторонних толкований. Тем более, когда речь идёт о такой

деликатной и стыдливой штуке, как женский вопрос.

Конечно, я не претендую своей статейкой на всеохватность, если так можно выразиться. Я, пожалуй, не решу этот вопрос сегодня за вас всех и для вас всех. Такая задача даже и не стоит. К тому же, это было бы с моей стороны слишком уж несправедливо. Однако, для себя и

ради всей человеческой истории я решу его непременно, бесповоротно и с большой надёжностью. Кто сможет воспользуется моим примером, будь то сейчас или потом, значительно позже, когда внезапно проснётся ранее дремавшее понимание и за всей массой

маленьких незначительных слов внезапно откроется прямое действие Те, которые могут, (а их будет очень немного) они тоже ответят на этот вопрос. Однако, тех кто никогда не сможет как всегда оказывается значительно больше. Чем же их возможно утешить и

поддержать? Ведь именно для них и пишется сегодня эта статья, на первый взгляд газетная, но на самом деле она значительно более важная и крупная. (Это статья о женском вопросе.)

Однако, меня могут внезапно прервать, что само по себе очень невежливо. Однако, несмотря даже на это, меня всё-равно могут прервать и спросить, а при чём тут, собственно говоря, музыка?

Вместо ответа я снисходительно улыбаюсь и кладу правую руку в левый карман, который даже на первый взгляд явственно оттопыривается

-         Наивные люди! Они думают, что существует нечто; они думают, что может существовать нечто такое, чего не касался бы этот всеобщий, всеохватный женский вопрос!!

-         Да это же самый большой и самый больной вопрос со времени Сотворения Мира! И нет в этом мире ни одного такого места, в которое этот вопрос не проникал хотя бы одной из своих составных частей. Даже в музыку, любопытные господа, даже в тишину, даже в

-         эту полуистлевшую газетную бумагу. И я повторю ещё раз, чтобы вы накрепко запомнили.

Женский вопрос это больной вопрос от Сотворения Мира. Кто первый поставил этот вопрос человек или женщина? А может быть кто-то другой, значительно более лукавый? Как этот вопрос выглядел, как он звучал и как он звучит до сих пор, до сегодняшнего часа?

Это было всегда скрыто, всегда неизвестно или, по крайней мере, очень сильно затемнено. Так и осталось это неизвестно и сегодня, и сейчас. Очень мало что изменилось за прошедшие несколько лет после Сотворения Мира. И наверняка известно только одно этот

загадочный и больной женский вопрос как он от века стоял перед людьми, так он и стоит до сих пор и будет стоять перед ними всегда, слегка покачиваясь из стороны в сторону, покуда сами люди не побледнеют и не сгинут от неземного страха. И совсем не моя задача и не

моё дело определить в точности этот сакраментальный вопрос: как он выглядел, как звучал и как назывался. Моя функция состоит всего лишь в одном я должен просто, чётко и доходчиво ответить на этот вековой, больной и тяжёлый женский вопрос. Ответить на него

раз и навсегда, чтобы вопрос этот больше не маячил перед вашим воспалённым покрасневшим взором.

И я, ни минуты не колеблясь, действительно отвечаю на этот вопрос просто, понятно и в двух словах. Собственно говоря, именно ради этого мне и пришлось сегодня писать такую большую, утвердительную статью, именно ради этого, ради всего двух небольших слов.

И я отвечаю на вечный женский вопрос просто и понятно: конечно, да.

И больше ни одного слова не требуется.

_________________

 

Каноник Ханонъ. Юръ.

(Тусклая Беседа внутренняя) но 193. (янар 202).

1