|
Неучёные |
Непал-2008.
-19-Все имена изменены. Никакие совпадения невозможны и, более того, строго запрещены. Неожиданно я обратил внимание, что прохожу мимо открытого кафе на втором этаже «Шенкин» - название известной своими левыми обитателями тель-авивской улицы. Объявления на иврите сулят израильтянам вкусности и дешёвости. Кстати, не только иврит, но и иероглифы, скорее всего, подобного же содержания, украшают входы некоторых магазинов и ресторанов. По Озёрной улице болталась свора субъектов с красными знамёнами, испачканными серпами и молотами. Пошлявшись, они запрудили один из перекрёстков и устроили горлопанство. Пренеприятнейший, по моим понятиям, тип что-то гавкал в усилитель. Остальные время от времени подвывали и хлопали. Ананд лёг спать - он устаёт, у него не очень хорошая выносливость, в отличие от фантастической, гуттаперчевой гибкости. Я пошёл к соседке узнать, её состояние. Постучав, услышав разрешение, вошёл я в комнату Светы со словами: «Как дела?» -Курю бамбук, - слабо усмехнулась распластанная на кровати. -Красиво, но что это значить? -Давно вы не были в России. Означает - «ничего не делать». -Ладно, ну, а как у вас всё-таки дела? Вы так героически протопали до самой вершины. -Лучше, перестала проливаться. Мы чуть помолчали. -Вы, знаете, я хотела, чтобы дочка училась или в хайфском технионе, или в тель-авивском университете, но у неё свои представления о жизни и она решила - только в Санкт-Петербургском университете на паблик релейшин. -Ерунда, какая-то. Странность. Амбивалентность. Двоемыслие. Увезла дочку из Израиля, чтобы училась в питерской школе - подумал я. -Она ездила в Израиль каждый год, но последние три года не захотела, забастовала. -Конечно, было бы трудно ожидать иного с такой-то мамой, - подумал я, заговорил, - Как и в каждом приличном месте в Покхаре есть «Бейт Хабад», довольно интересное место и люди… -, но был бесцеремонно оборван Светой: «Вы были у ваших». По началу я опешил, не сообразил, что ответить. Лишь много позже нашёл показавшийся мне правильным ответ: «Ваших тоже, нравится вам это или нет, хоть и прописка ваша очень питерская», но поезд уже ушёл, и далеко. В этот момент в комнату зашли Вера и Лиза. «Ты говорила с Ильёй о треккинге?" – спросила Вера. «Да», - кивнула Лиза. Неожиданно меня покинула уверенность: «Я, в общем, хотел бы, но смущает меня только данное Лизе слово». -Колхоз дело добровольное, - повторила столь понравившийся мне утром афоризм Света. -Вы должны решить, как вам удобнее и приятнее, - жёстко произнесла Вера. Я подумал: «Как редко она улыбается, - и спросил, - Сколько это будет стоить?» -Не знаем точно, но дешевле чем с Лизой: она ведь хочет самолётом, потом на джипах. Понятно, что дорого, а мы хотим себя поизнурять, помучать, это всегда дешевле, - произнесла Вера. -Кстати, девочки, я дав вам моё термобельё, - сказала Света. -Привезём в Питер. Ты готова на все случаи жизни, - усмехнулась Вера -Да, только жалко на этот раз использовать не довелось. -Я люблю самолёт, но нам ещё предстоят три перелёта, да и зачем? Увидеть что-то сверху? Увидеть тот храм? Я хочу пройтись пусть это, и будет нелегко, - сказала Лиза. -Когда вы возвращаетесь? -15, чтобы уехать 16. -Есть изменения, Лиза решила уезжать утром 17. - Как утром 17 - встрепенулась Лиза. В этот момент в коридор вышла её тёзка. Смирнова пошла ей навстречу, и они остановились возле стола друг напротив друга. -Когда мы выезжаем в Катманду? -Утром 17. -Но ведь говорили о дне на покупке. Я заказала там вышивки на рубашки, - каменели черты лица Смирновой. -Я этого не знала. Но у меня не предусмотрены две ночи в Катманду, потому что там гостиница - 45 долларов. -Почему две ночи? Одна, - на глазах заводилась Смирнова. Я прекрасно помнил, как в первый день в Катманду собирались, Лиза Пчёлкина в том числе, на обратном пути побыть там еще один день. -Один день мы уже провели, и это получается второй, - стояла на своём Пчёлкина. -Вы так меняете свои планы, не предупреждая нас, - перешла на «вы» Смирнова. -Так обстоятельства складываются: группа значительно меньше чем предполагалось. Кроме того я не получила денег из Индии. -Но ведь планировалось другое, - пришла на помощь своей приятельнице Вера. -Хорошо 4 дня мы не будем в гостинице вот эти деньги пусть, и будут за гостиницу в Катманду, - нашлась сообразительная Смирнова. -Это вариант, - задумалась Пчёлкина. Слаб я, слаб: всё колебался по поводу заявления о своём желании поменять поездку с Лизой на треккинг с девушками. Я понимал, что если Лиза купит билет на самолёт, то поезд ушёл. Зря я отдал ей все деньги. -Хорошо, это возможно - вместо 4 дней здесь одна ночь в Катманду. Да, девочки 2000 рупий за поездку надо разделить на шестерых. С учителя не будем... С этими её словами моя слабость испарилась навсегда, у меня пропали последние сомнения. За нашу первую поездку она делила на двоих, а девицам она не посмела предложить считать себя и Ара за одно лицо. Такое проходит только со мной. То-то она планирует покататься за мой счёт. Всё! Решено! Такую наглость пропускать невозможно! -Значит 2000 на 6 - это примерно по 330 рупий. Кроме того, билеты в Катманду оказались дороже на 100 рупий, кроме того, я платила за вход. Итого с каждого по 800 рупий для ровного счёту. Смирнова обрадовалась, что будет ещё одна ночь в Катманду, и молча выложила деньги. -Да, Света, тебе придётся покупать билет до Катманду за свой счёт - у меня деньги лишь на общий трансфер, не разбиваемый, - повернула голову Пчёлкина. -Точно такой же номер она проделала в прошлом году со мной в Индии, - вспомнил я нашу беседу в Ришикеше; по прилёту в Дели я добирался в Ришикеш за свой счёт. Вера собирается побыть одна в Покхаре после нашего отъезда – она тоже не рада, но ничего не сказала. -Кроме того, опасно выезжать так - дорога есть дорога, всегда должен быть запас, - сказала главный победитель женской дуэли Смирнова. -Вера, вы не поможете мне с переводом? Я вынуждена говорить с керальцами и ничего не понимаю, - тон Пчёлкиной звучал самым примирительным образом. -Конечно, попробую, - начала движение на выход Вера. Лиза и Света последовали за ней. Когда девушки ушли, пришло время вступить в игру мне – оставались последние мгновения: «Лиза, я несколько поменял планы - я хочу пройтись с девушками». -Да. Хорошо я вам дам ответ на вечерней тренировке. Окрылённый успехом, я оставил гостиницу. Троица прекрасных дам стояла на углу Озёрной и нашего переулка. «Я сказал Лизе, что хочу пойти с вами. Она обещала дать ответ вечером». -Колхоз - дело добровольное, - повторила главную фразу дня Света. -Правильно, вы не должны смущаться, - посмотрела на меня Лиза. -Не рекомендуете, не буду, - почувствовал я, что краснею. -Вы должны решить сами для себя, решить, что вам лучше, - жёстко чеканила каждое слово Вера, - И вежливо, но твёрдо объяснить, что колхоз - дело добровольное. У нас столько раз сменились все планы. -Хорошо, тем более сошлюсь о колхозе, - испытывал я дискомфорт оттого, что младшие меня чуть не в два раза женщины учат меня жизни. -Ни на кого ссылаться не надо, - посмотрела куда-то в сторону Вера. Мне стало ещё неприятнее. -Я редко скандалю, но здесь пришлось, - сказала Лиза. -Очень плохая организация. Какое отношение имеют к нам её индийские долги? Группа меньше, ей не удаётся заработать, но какое наше дело? Она не организатор поездки - она сама отдыхает больше всех нас. Так получит меньше денег, - произнесла Вера. -Она уже запланировала... - просто так, чтобы что-то сказать, не нашёля ничего лучшего, а это оказалось, самым дурацким. -Планы меняются каждый час, - презрительно бросила Лиза. -У них это ещё и религиозная практика: они стали индуистами, я видела это в Ришикеше, - сказала Света. -Точно, - вспомнил я прошлый год. -Плохая организация. Мы сегодня вскочили в 4 часа и прождали полчаса, - сталью звучал голос Веры. -Ананд мылся, - усмехнулся я. -Плохая организация, - склонила голову Вера, - Мы проторчали как раз то время, за которое взошло солнце. Могли бы увидеть восход, но не увидели. Лиза – хорошая, только плохо организует. Она не организатор поездки, но самая отдыхающая, отдыхающая больше всех, и хотела заработать, но много не получилось. Только нас это не должно интересовать. Почему-то я вспомнил, что все непальцы у Ананда бахадуры. -С нами и дешевле выйдет, - посмотрела на меня Смирнова. -Конечно, Лиза хочет на самолёте, у Лизы дорого. Мы не хотим на самолёте. Мы хотим себя поизнурять и поистязать – с чувством повторила понравившееся ей определение своих желаний Вера. Подошёл один из питерцев - толстяк Олег. Женщины и Олег зашли в одну из контор, где продают билеты на самолёт - покупала до Катманду Света - и работает «Вестер Юньон» - Вера получила перевод. Я зачем-то попёрся с ними. Зачем-то посидев рядом с Олегом, я встал, кивнул, пошёл искать подарки - решил привезти домой одежку - непальские рубашки и женские наряды. Проход по тёмным и унылым магазинчикам, убедил, что они совсем не дешевле красиво обустроенных и приятных на главной улице туристского центра. В периферийных, тёмных лавчонках хозяева накручивают цены с любого случайно забредшего – содрать хоть с него три шкуры. После двух попыток в лавчонках, узнав их цены, я купил всё в приличном магазине значительно дешевле. Продавцы избрали хитрую уловку: «Назови свою цену». Когда называешь что-то совсем смехотворное, они отвечают: «Мой друг, я дам тебе настоящую непальскую цену». На вопрос, что же такое эта самая «непальская цена», не моргнув глазом и не дрогнув мышцей лица, поясняют: «Очень дешёвая». Вскоре я просёк, что когда охмуряют термином «непальская цена», то она оказывается одной из самых высоких. Обращение же «Мой друг» сулит покупателю совсем мало хорошего. Остаётся лишь торговаться, торговаться и торговаться, чтобы хотя бы изредка не быть самым последним фраером, на котором зарабатывают все кому не лень, а таких-то очень мало, если они вообще имеются. возврат к началу. |