|
Неучёные |
Алтай-2007.
-36-Все имена изменены. Никакие совпадения невозможны и, более того, запрещены. По прибытии к знакомому нам уже озеру Язевое, разбили платки примерно в километре от огороженной базы отдыха и, отужинав, как без этого, сухим пайком, разбрелись по палаткам. Утро побаловало приятной свежестью, тёплым ветром, сказочным отражением Белухи в воде. Так как рюкзак так и не нашелся, то Дима уехал его искать. Вкусный и обильный завтрак я ел рядом с Владом-широким. Неожиданно приблизившись ко мне и чуть понизив голос, он заговорил: "Как вы думаете, не повлияет ли на моих дочерей моя наследственность? Я внимательно посмотрел на Влада. Чуть помолчав и отставив миску с кашей в сторону, он заговорил: "Мой брат - алкаш с детства, да ещё лет с 15 начал курить коноплю. Когда его сыну было 14 лет, то он выбросился в окно…" -Вам эти мысли помогают? – задал я один из моих любимых вопросов. -Какой там? -Девочкам они тоже не помогают. Потому постарайтесь изгонять их. Девочки развиваются нормально, здоровы, образованы, растут в великолепных условиях, которые вы им создали. Выбрасывайте подобные мысли. Лишь только они появляются старайтесь переключиться на всё что угодно. Чтобы скрасить ожидание Димы, Олег договорился о помывке. В одном из деревянных домиков базы, метрах в 50 от высокого берега озера располагается сауна. Куда там нижнелагерной: всё сделано, чтобы удовлетворить самые изысканные потребности любителей лёгкого пара. Несмотря на появления и исчезновения солнца дружный коллектив экспедиции кочевник, безотносительно пола и возраста, разогрев тела, по заведённой традиции, в чем мать родила, выскакивал на дорожку и стремглав нёсся к заветному месту охлаждения, чья температура вряд ли превышала градусов 15. В первые мгновения имеющие отношение к исламу казахи чуть обалдевали, но не прошло и получаса, как привыкли к запрещённому их верой действу, и даже перестали таращить глаза на проносящиеся мимо них женские организмы. Греясь на верхнем полке, чуть скашивая глаза, я смотрел на Ирину и находил в ней кучу дефектов. Ничего особенного. Может быть, кроме улыбки. Я не верил сам себе, когда, в который уж раз понимал, в этой молодой женщине есть что-то особенное, не выразимое словами, привлекающее к ней почти всех мужчин. Теперь в нее влюбился и Пётр - при первой же возможности целует. Похоже, что Святослав опустил руки, прекратил свои ухаживания и лишь изредка продолжает бросать говорящие всё взгляды. Похоже, что Ирина ему однозначно отказала… Совершенно безобразный кайф. Парная, бег по дорожке, прыжок в захватывающую дух в первые мгновения воду озера и вновь… И пока мы парились, охлаждались, болтали через всё живое и неживое протекали затихающие краткие мгновения алтайского лета… После сауны Настя приоделась в плотно облегающее её салатовое платье и обратилась в прекрасную нимфетку. Пётр мгновенно подсел к ней и свернул свою самокрутку и завёл разговор об особенностях "точки сборки". "Девушкам на до уметь пудрить мозги", - подумал я по дороге к палатке, которую предстояло собирать и готовить к новому переезду. Наконец-то вернулся Дима с рюкзаков Василисы – нашёл его на тропинке – вчера в темноте никто не заметил потери. Несколько пожилых рериховцев и рериховот подошли к Олегу и попросили подвезти их. "Конечно, конечно", - закивал Олег. Но водитель – грибник-заблуда согласился подсадить рериховцев только за дополнительные бабки. -Вы постоянно создаете нам конфликты - таким возмущенным Павла я еще не видел. -У меня договор только на определённое число людей, - равнодушно бросил водитель. . -Это наше дело, мы заплатили вашей конторе сполна… -Вы заплатили за определенное число человек и если хотите больше, то должны доплатить. В конце концов, рериховцы сели во второй "МАЗ", а в наш подсели девять человек из Павлодара: студенты и взрослые. Их водители тоже не хотели брать бесплатно, подняли хай, но они подсели в последний момент, когда мы почти тронулись и толи шофёр их не заметил, толи не захотел заметить, чтобы поскорее выехать, понимая, что скандал лишь задержит его. Женщина лет 35-38 тут же заговорила, представилась сама: "Валентина", представила каждого из попутчиков и выспросила, кто мы. Интересно, но внешне никто не удивился месту моего ПМЖ. "А на каком языке учатся в школе ваши дети?" – спросила Валентина у меня. "На иврите, конечно". "У нас тоже, русские, которые не собираются уезжать из Казахстана, отправляют своих детей только в казахские школы". -Да, это не советская власть, тогда никто и представить себе не мог, чтобы отправить своего ребёнка в казахскую школу, да и не было таких в городах, - бросил Пётр. -Нам бы продержаться тут с казахским языком. Нас ведь нигде не ждут. Россия на нас поставила крест", - покачала головой Валентина. Помолчав немного, она продолжила: "Мы стояли примерно к километре от Язевого, и к нам наведывался медведь. Мы видели следы и слышали рёв, он приходил к нам на кухню и воровал продукты". -А как вам ваш пожизненный президент? - задал я бестактный вопрос, но ответ получил – уж больно далёки были пассажиры автобуса, особенно я, от этих казахстанцев: "Да, он – диктатор, но умеренный, достаточно мудрый. Мы не хотим никакой демократии, потому что вот тогда-то нам тут не выжить. Он не националист. У него своих проблем со своими хватает. Он ведь относится к среднему жузу, слышали, что так у казахов называют союзы племён, а править должен представитель старшего жуза. Поэтому-то он и перенёс столицу из Алма-Аты в Целиноград, потому что Алма-Ата – это место старшего жуза". Вот мы вновь добрались до села Урыль. Опять погранзастава Урыля. Ожидая прохождение погранзаставы, большинство из двух автобусов собралось в кружок, чтобы повеселиться. "Поручик Ржевский рассказывает на одном из балов, - начала Ирина, - На меня 12 французов и тут я, господа, обосрался. "Ну, со всяким может случиться: один против 12", - говортя ему. "Да, нет, господа, я сейчас обосрался". Подождав показ затихнет смех, Ирина продолжила: "Рафинированный интеллигент вскочил в отходящий автобус и застрял в дверях. И так он начал материться, что у всех уши отпали. Когда дверь открыли интеллигент и говорит: "Извините, очень испугался". -Приходит новый русский в магазин и смотрит, чтобы ему купить: "Дайте мне вон того, суслятины". Продавщица молчит. "Так дайте мне суслятины ". Продавщица молчит. Он повторил несколько раз. Наконец она отвечает: "Суслятина Г.К. – это я". Прошло немного времени, КАМАЗы вырвались на простор, а вскоре вообще быстро заскользили по бетонке, а потом и асфальту. - Я поняла, какие же мы все хорошие и так мне стало тепло на сердце, - произнесла Настя. -В чём хорошие-то? – спросил я. -А во всём. -Согласен. Я давно говорю, что здесь собираются какие-то совершенно святые люди, - сказал Влад-широкий. Неожиданно я тоже почувствовал исключительно комфортное состояние и осознал, что мне тоже очень хорошо с этими людьми. Совсем немного мест, где мне так хорошо. Мы проезжали казахские деревни, но нигде я не видел мечетей. -Казахи не мусульмане они – язычники, - ответил на мой вопрос о наличии молельных мест Пётр, - Это – наше счастье. Какие там мусульмане, они продолжают брать калым за девушку: 30 овец, 5 коров, 4 лошади. А если нет, то не женись. Хотя это северные казахи, на юге они намного более исламизированы. Круг замкнулся: КАМАЗы остановились на том же самом месте на третьем из Сибинских озёр. возврат к началу. |