|
Неучёные |
Алтай-2007.
-6-Все имена изменены. Никакие совпадения невозможны и, более того, запрещены. Возле воды стояли и разговаривали худой блондин с бледным, морщинистым лицом и Пётр, которого я про себя определил "дух или хмырь в платке". -Я здесь всё лето живу, - стал сворачивать самокрутку Пётр, - Я – художник. Пишу картины в японском стиле и занимаюсь ковкой. У нас в городе есть 54-летний кузнец. Он начинал ещё при советской власти. Так вот этот 54-летний дедушка- кузнец делает совершенно уникальные вещи. Недавно он сковал саблю Потанину. Уж и не знаю, сколько тот ему заплатил. Блондин лишь молча слушал, изредка кивая. Пётр затянулся едким дымом: "Всё схвачено. Менты захватили базар. Бандиты платят им рэкет. Здесь тоже всё больше и больше больших начальников и бандитов захватывают все берега озёр. Так ещё и до нашего берега доберутся". Дух в косынке замолк, сделал шаг к воде, присел на корточки: "Красота блин". Блондин опять молча мотнул головой. Олега ждали к 12 часам, но оформление пропусков в погранзону затянулось, и он появился только к двум. Хотели сразу же ехать, но исчезла плотная блондинка с жёстким, неприятным лицом, в котором просматривалось что-то мужское – тоже Зина. Она куда-то ушла без всякого спроса, и никого не предупредив. -Когда Сергей узнал, что Зина едет с нами, то я его спросил: "С ней будут проблемы?" На что он мне ответил: "Никаких, она – сама проблема", - быстро, громко, насмешливо, проговорил Павел Олегу. Наконец-то едем. Зад пассажирского салона завален рюкзаками и коробками с продуктами. Первое сидение-лавка во всю ширину смотрит внутрь салона. С левой стороны установлен небольшой столик. Все сидения неудобны, совсем не предназначены для длительных переездов. Дорога бежала между невысоких, покрытых зелёным травянистым ковром без деревьев гор или высоких холмов. Доброе солнце освещало дорогу в виде иной раз теряющейся в траве колеи. Большинство тихонько дремали. Олег сел в наш автобус: "Существуют не меньше 10 гипотез возникновения Сибинских озер, и никто не знает, какая из них правильная". Автобус плавно покачивало… Я проснулся, когда мы выехали на берег озера – Зайсан. Мягкое, ленивое солнце с неохотой согревало спокойную, водную гладь, песчаные берега, поросшие камышом, несколько группок людей, отдыхающих от мирских забот. -Отдыхаем, ставим палатки, ужинаем, тренируемся, ночуем, завтра переезжаем на пароме на тот берег, - сказал Олег. После перелёта и переезда было приятно пройтись по илистому дну, погрузиться в ласкающую, тепловатую воду, плыть, не думая ни о чём. Разумеется, по заведённой традиции, все купались в чём мать родила. Но для начала я отошёл в сторону, чтобы побыть одному между водой и блеклым небом. Походную кухню устроили между кустиками на свободном от растительности месте, где жёлтый песок перемешался с мелкой галькой и печально поскрипывал под ногами. Шумный, везде присутствующий, за всё берущийся и во всём преуспевающий организатор поездки Павел притащил из автобуса газовый баллон, плитку, наладил огонь и вручил его поварам. Приготовлением толи обеда, толи ужина заведовала худенькая блондинка с тихой улыбкой, оказавшаяся к тому же женой Олега – Наташей. Говорила она чуть растягивая слова, а слово "дефчонки" использовала особенно часто. Шикарный ужин - грибной суп – девушки набрали в округе - с перловкой. Как здорово, проголодавшись, получить миску вкуснейшего супа, чеснок, приправы и кружку зелёного чаю. Все собрались в кружок возле котлов. Людмила опять сменила платье – на этот раз на длинное ярко-красное. Продолжает таскаться в не зашнурованных ботинках. Её рот не закрывается, даже во время курения по любому поводу, которые чаще всего сама же и создаёт, выбрасывает потоки слов. Лишь проголодавшись, она чуть затихла над миской с дымящимся супом. Пётр всё в той же косынке, куртке, рубашке и джинсах сидит по-турецки: "Я искурил всего, Нарбекова", - сворачивает он цигарку, так как курит махорку. - Все смеются. "Ну, и как здоровье?" – спрашивает Влад-высокий. -Я всю физику тоже искурил, ну, и что? - отвлечённо и невозмутимо вещает Пётр. Все опять смеются. "Ни одного закона Ньютона не знаю". -Хорошо, что знаешь его самого, - веселится Павел. -Я физику не курила, но знать её не знаю. Ньютона тоже не знаю, даже лично, - затягивается новой сигаретой Людмила. -Я понял, почему вы едите после такого маленького государства в такие огромные? – развалился рядом со мной на песочке Влад-широкий, мой прошлогодний знакомец. -Почему? -Просторы. Вы задыхаетесь там в своих палестинах, да ещё с арабами. Не представляю, что вас там может держать? -Вопрос хороший. Простого линейного ответа у меня нету, - опять вспоминаю я прошлогоднюю, так понравившуюся мне находку Олега. Начинается дождь. Все, кроме Людмилы и Петра, курящих по очереди его самокрутку, надевают дождевики. Завершается дождь. Опьяняет горьковатый, незабываемый, что-то навевающий и куда-то влекущий последождевой аромат полыни. Медный диск светила закатился за горизонт. Тьма пала. Лишь костёр освещает, да огоньки фонариков мелькают здесь и там. Худенький сынишка Лизы Ричард поймал ящерицу. Пётр крутит свою неизвестно какую по счёту цигарку: "Граждане йоги, нарушьте ахимсу - убейте ящерицу. Ей будет по душе, очень приятно принять смерть от йогина. Нет большего кайфа, чем умереть от руки йогина". -Принять смерть всегда приятно, - не похоже, что шутит Людмила. К чести группы заповедь "Не убий" никто не нарушил, тем более, что Ричард мгновенно, наверное, от греха подальше, отпустил пойманную им живность.
-Здесь всегда обитала смесь народов, но дружбы народов никогда не было, - начинает Олег, - Уйгуры, джунгары, русские, казахов здесь всего ничего - 200 лет назад их просто тут не было. Казаки казахов сюда не пускали: "Эта сторона Иртыша – Сибирь, казахам тут делать нечего". Иртыш - арийское слово - рай красивый. Отсюда Иран, Ирландия. Это Сталин отдал Казахстану называемое сейчас восточным Казахстаном. Чтобы у них была промышленность. Кстати, в старину жили здесь очень неплохо, кроме всего остального, многие деревни занимались тем, что мыли золото. Потом пришёл распад Союза… -И понаехали казахи и начали с того, что срубили все деревья, - бросил Влад-широкий. -Казахи всё искали в этих краях своих предков, - усмехнулся Олег, - Нашли захоронение, обрадовались – вот он, наш, предок. Оказалось французское захоронение - рыцарь - мумия замороженная в золотом шлеме. Казахи были рады, но оказалось, что мумия – это индоевропеец. Зато сейчас переписали историю, и в ней всё идёт от казахов. В 19 веке здесь проживало не больше 7-10 % казахов. -Повезло им, - бросил Павел, - Такой кусок земли отхватили. -Восьмое государство в мире по площади, - сказал худой блондин с морщинистым лицом Станислав – вместе с Пётром – казахский подданный. -У казахов и языка-то не было, - пренебрежительно бросил Влад-широкий. -А зачем он им, - засмеялся Павел. -В 19 веке Англия хотела захватить Казахстан, - сказал Олег, - Если бы русские не захвати ли бы раньше. Усть-Каменогорск - русский город. Алма-Ата – русский город, который назывался Верный. На севере и северо-востоке современного Казахстана казахов практически не было, ещё в 80 годы прошлого века.
Переварив съеденное и выпитое, посидев возле костра, Олег начинает тренировку почти полном мраке лишь подчёркиваемом догорающими угольками костра. -Соедините все планы: материальные, физические, астральные. Почувствуйте место. Соединитесь с комарами, ваши кармы едины, - ох и много было с чем соединяться. Я не мог понять, как другие способны стоять, сосредоточиваться, делать, когда я только тем и занимался, что шлёпал себя по ногам – самой открытой части тела, сдуру вышел в шортах, и не хотелось брести в потёмках в палатку, так как уже успел разбить два фонарика. Комары мне настолько мешали, что вместо асан я непрерывно занимался почёсыванием и похлопыванием всех частей тела, продолжая удивляться, как же другие не замечают кровососущих насекомых. -Ваша карма сплелась с кармой комаров, которых вы кормите своей сытной кровью. Перестаньте различать, отличать себя от комара, звёздного неба, песка под ногами, плеска волн. Всё едино… -Твою мать, блин, - прошептал я, в последний момент предотвратив попадание единого со мной насекомого в глаз. возврат к началу. |