ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЙ ПРОЕКТ ТРУДОВОГО КОДЕКСА

Вновь обострилась ситуация по Трудовому Кодексу России. В настоящее время Россия – единственная из стран прежнего Советского  Союза, где сохранилось советское трудовое законодательство. В Казахстане новым Трудовым Кодексом фактически запрещены забастовки. В Беларуси для всех работников допускаются срочные контракты и ликвидируются независимые от власти профсоюзы. На Украине произошел фактический сговор между властью и Федерацией профсоюзов Украины (быв. ВЦСПС) – права работников ликвидированы при сохранении определенных гарантий ФПУ.

ФНПР очень хотела пойти по украинскому варианту и в январе 2000 года В.Путин согласился на создание некой «многосторонней комиссии» с участием работодателей, правительства и ФНПР, которая бы приняла проект, «устраивающий всех». Однако 60%-ные рейтинги доверия так укрепили и.о. в крепкости его позиций, что с ФНПР было решено не считаться. Путин сегодня демонтирует все потенциально неподконтрольные институты в России, а первичные организации ФНПР, поднимавшие людей на забастовки на Выборгском ЦБК, в Ясногорске, Кемеровской области и Ленинграде, не могут быть признаны лояльными. Поэтому в феврале 2000 года вице-премьер «по социальным вопросам» В.Матвиенко пишет В.Путину  докладную записку с предложением ускорить принятие в Думе правительственного проекта ТК, и Путин накладывает резолюцию: «Согласен. Ускорить принятие».

По настоянию члена ЦК КПРФ, спикера ГосДумы Г.Селезнева, вопрос о принятии в первом чтении нового (читай: правительственного) проекта ТК внесен на майскую сессию Государственной Думы. СПС, «Единство», «Нардепы» и ЛДПР, являющиеся в данном вопросе опорой  для правительства, обладают в общей сложности  примерно 180-190 местами в Думе. «Яблоко» будет пытаться провести свой собственный проект (примерно 20 депутатов). При решительных акциях с нашей стороны можно ожидать осторожности от «Российских Регионов», КПРФ и аграриев (160 голосов).

Следует заметить, что ранее ликвидировать действующий КЗоТ и заменить его новым пытались кабинеты Черномырдина и Кириенко. Причем требования провести такую реформу выдвигают отнюдь не профсоюзы и трудовые коллективы, а директора, которым мешает творить произвол прогрессивное трудовое законодательство и организации рабочих.

Наиболее решительная атака на КЗоТ пошла в прошлом году. Уже в программе «12 основных дел правительства», принятой в январе 1998г. четко говорилось о необходимости принятия нового КЗоТ. Всероссийская акция протеста, организованная Объединением Рабочих профсоюзов «Защита» в апреле 1998г. именно против ликвидации трудового законодательства вынудило правительство временно отказаться от внесения проекта Кодекса, однако в июле 1998г. на сайте Международного Валютного Фонда в Интернете появился меморандум премьера С.Кириенко и председателя Центробанка С.Дубинина, в котором Западу обещалось дословно следующее: «до 1 ноября 1998г. правительство внесет новый проект КЗоТ, который приведет законы о труде в соответствие с требованиями рыночной экономики. Кодекс установит реалистичный минимум социальных гарантий, повысит роль индивидуальных трудовых соглашений, включая более упрощенную процедуру расторжения индивидуальных трудовых соглашений (такую, как исключение необходимости согласования вопроса с профсоюзами и требований нахождения иного трудоустройства) и расширит возможности для заключения срочных трудовых соглашений».

Лишь финансовый кризис не дал правительству Кириенко выполнить свое обещание. Теперь его эстафету антинародных, антирабочих действий перенял кабинет Путина В.В.

Главная задача нового Трудового Кодекса - уничтожение под корень организаций наемных работников, профсоюзов. Об этом предельно ясно говорится в пояснительной записке к проекту: «введение или сохранение обязательного согласования с профсоюзами большинства управленческих решений не может быть признано целесообразным. В проекте предлагается возложить на работодателя  безусловную обязанность консультироваться с представительным органом работников и, по возможности, учитывать его мнение (а можно и не учитывать - О.Ш.), но при этом право принятия окончательного решения оставлено за работодателем».

Что это означает?

Для начала изымается ст. 37 действующего КЗоТ РФ, в соответствии с которой по требованию профсоюза работодатель обязан уволить своего представителя, в том числе и директора предприятия, в случае нарушения прав работников и профсоюзов. Это еще не все - сегодня колдоговор принимается на срок до трех лет и далее его действие продолжается, пока стороны не заключат новый (ст. 19 ФЗ «О коллективных договорах и соглашениях»). Предлагается ограничить действие колдоговора только тремя годами (ст. 44 проекта) по простой причине - чтобы к 2002 году ни в одной организации  России не действовали колдоговора, заключенные в условиях прогрессивного КЗоТ и невыгодные хозяевам.

Особенному обескровливанию подвергаются новые, созданные снизу профсоюзы. Если действующее законодательство предусматривает право каждого профсоюза на заключение колдоговора либо приложения к нему, либо на создание совместной комиссии нескольких профсоюзов, то теперь предлагается их этих прав лишить. Тем самым администрации получают право заключать колдоговор лишь с наиболее карманными, преданными им профсоюзами.

Трудовой распорядок уже не согласуется с профсоюзом (ст. 85). Порядок выплаты премий и иных поощрений уже не согласуется с профсоюзом (ст. 86).

Графики сменности и перевод из одной смены в другую уже не согласовываются с профсоюзом (ст. 102).
Очередность предоставления отпусков также не согласовывается с профсоюзом (ст. 121). Замена отпуска компенсацией также не согласовывается с профсоюзом (ст. 124).

Снижение зарплаты и изменение тарифов также уже не согласовываются с профсоюзами (ст. 135, 133).
Пересмотр норм труда уже не согласуется с профсоюзом (ст. 151).

Из 10-ти статей XV главы КЗоТ, расшифровывающей права профсоюзов, остается лишь четыре. Профсоюз теряет права на предоставление ему помещения, средств связи, проверку правильности расчетов по зарплате. Исключается ст. 227 КЗоТ, предоставляющая работникам право участвовать в управлении предприятием. Полностью исключается глава о трудовых коллективах, согласно которой приватизация государственных и муниципальных предприятий, внесение изменений в их уставы, выделение из них структурных подразделений разрешается лишь при согласии коллектива. Членов профкомов можно уволить, если на это даст согласие Государственная инспекция труда субъекта Федерации (ст. 162).

Более того, ст. 46 проекта впервые за всю историю трудового законодательства России предоставляет право штрафовать профсоюзы за непредоставление информации работодателю. Запросила, например, дирекция списки всех членов профсоюза, чтобы как это часто водится вызывать их поодиночке и угрожать административными преследованиями, - профком обязан дать ей эти сведения, иначе он будет оштрафован.

Фактически профсоюзу оставляют одно право - осматривать рабочие места и писать жалобы. Самое главное, что исключается ст. 235 КЗоТ, которая сегодня обязывает администрации согласовывать увольнения, перевод и взыскания в отношении членов выборных профсоюзных органов. Теперь директора получат право в течение суток под вымышленными предлогами - а дальше мы остановимся на том, как это можно сделать - выставить «по закону» на улицу весь состав профсоюзного комитета, а заодно и активистов. Это означает ни что иное как намерение правительства разгромить и уничтожить, ликвидировать движение трудящихся в стране, лишить людей права объединяться и отстаивать свои права на труд и достойную человека жизнь, превратить рабочих, инженеров, учителей, врачей и других наемных работников в бесправный рабочий скот.

Но если профсоюзы формально, на бумаге еще остаются, хотя и лишаются всех своих прав, то другая форма рабочего самоуправления - Комиссии по трудовым спорам - вообще фактически ликвидируется. На сегодня Комиссии по трудовым спорам избираются самими коллективами и вправе рассматривать все трудовые конфликты, кроме увольнений и материальной ответственности. Ее решения обязательны для работодателя и равносильны решению суда. Предполагается, чтобы коллектив избирал лишь половину КТС, а вторую половину назначал директор (ст. 311). Спрашивается: найдется ли хоть один начальник, который в принудительном порядке сам обяжет себя отменить свой собственный приказ? Более того, строптивых членов КТС, избранных коллективом, работодатель также вправе уволить, если на это дает согласие госчиновник из Инспекции труда (ст. 162).

Теперь об условиях найма и увольнения.

Выше мы уже отмечали, что администрации предприятий получают право заключать колдоговор лишь с теми профсоюзами, которые им выгодны.  Все это превращает коллективные договора в фикцию. Не случайно ст. 55 проекта позволяет заключать срочные контракты практически с любым работником, так как предполагает работодателю ссылаться на необходимость срочности ввиду «временного расширения производства или объема выполняемых работ» и бесконечно продлевать контракты, постоянно держа работников на «крючке». Контрактников, как известно, увольняют по истечении срока контракта. Если по достижении такого срока увольнения не происходит, контракт продлевается на прежних условиях (т.е., например, контракт, заключенный на шесть месяцев, продлевается еще на полгода). - ст. 75. По действующему КЗоТ при истечении срочного контракта и при продолжении работы работник переходит на бессрочный договор. Правительство намеревается позволить работодателям заключать бесконечные срочные контракты, продлевая их каждый раз на два-три месяца, чтобы люди чувствовали себя в постоянной зависимости.

Ст. 68 проекта предоставляет право администрациям предприятий без предупреждения (сейчас для этого требуется два месяца) вводить режим неполного рабочего времени, конечно же, «в интересах сохранения рабочих мест». Несогласных сразу же увольняют, т.е. вводится дополнительное основание для лишения людей работы.

Ухудшаются условия временного перевода на другую работу, не предусмотренную контрактом. Сейчас при таком переводе работник получает зарплату не меньше, чем на основной работе, а предлагается - не меньше тарифа, т.е. существенно снизить заработки. За отказ - опять увольнение (ст. 69).

Предусматривается увольнение за разглашение «коммерческой» тайны, которую каждый работодатель устанавливает самостоятельно. Коммерческой «тайной» может быть, например, названы условия трудовых договоров, распределение прибыли, размер зарплаты работников и начальников (ст. 76).

Указывается, что хозяин может уволить человека «в случае наступления чрезвычайных обстоятельств, препятствующих  продолжению трудовых отношений». Под этим работодатель может подразумевать и изменение процентной ставки Центробанка, и дефолт, и финансовые трудности фирмы (ст. 77). Фактически такая запись означает полный произвол администраций и возможность в любой момент вышвырнуть на улицу любого человека, проявившего недовольство условиями труда.

Конечно, ни о каком согласовании увольнения ввиду сокращения штатов или несоответствия должности с профсоюзами нет и речи. Преимущественного права оставления на работе при сокращении штатов лишаются работники с большим стажем, жены военнослужащих, чернобыльцы и еще четыре категории работников (ст. 169).

Значительно ухудшаются условия труда. Не выдается спецодежда работникам, занятых в условиях особого температурного режима (ст. 195), прекращается выдача бесплатного мыла и газированной воды, правила охраны труда уже не согласовываются с профсоюзом.

Расширяется материальная ответственность работников перед хозяином. Полная имущественная ответственность, т.е. обязанность возместить весь причиненный ущерб и вообще остаться без зарплаты на несколько месяцев или лет, применяется за «административный проступок» (например, несанкционированную забастовку или блокировку) и «разглашение коммерческой тайны» (скажем, разглашение незаконных коммерческих махинаций администрации) (ст. 215). Разумеется, договора о полной имущественной ответственности отдельных работников и  целых коллективов уже не согласовываются с профсоюзом, как требует законодательство сегодня (ст. 216). Размер «ущерба» директор вправе взять с потолка - прямо указывается, что «фактический ущерб может превышать его номинальный размер» (ст. 218). Никаких ограничений удержаний из заработной платы уже нет, т.е. администрация будет вправе полностью лишить работника не только зарплаты (сегодня 20%, в исключительных случаях - 50%), но и выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск, детских пособий и пр.

Разрешается широкомасштабное использование женского труда в ночных сменах, направление в командировки женщин с малолетними детьми (ст. 246). Оплачиваемый отпуск по уходу за новорожденным ребенком сокращается с трех лет до полутора (ст. 243). Беременных женщин, подростков и женщин с малолетними детьми разрешается привлекать к работе в ночное время (ст. 96).

Полностью лишаются всех законных прав работники, нанимаемые «физическими лицами», т.е. отдельными предпринимателями. Контракты с ними могут предусматривать любые условия, которые выставляет хозяин, без всяких ограничений (ст. 271-277).

Кое-где, правда, проект Трудового Кодекса весьма издевательском порядке предусматривает «новые льготы» работникам. Так, для педагогов предусматривается дополнительный отпуск раз в 10 лет продолжительностью до года. Издевательство состоит в том, что этот отпуск не оплачивается (ст. 287). Кроме того, педагога можно уволить за «грубое нарушение устава общеобразовательного учреждения», а что бюрократия напишет в уставы, зависит только от нее (ст. 288).

Отдельно оговаривается право на сбор о работниках картотек. Целый раздел проекта Трудового Кодекса посвящен праву директората создавать банки данных в отношении своих работников, включая сведения об их частной жизни, политических взглядах и профсоюзной деятельности (ст. 80 - разумеется, с оговоркой, что это допускается лишь в рамках «федерального законодательства»). Власть подсказывает работодателям, зачем им надо это делать: «работодатель вправе собирать указанные данные, если они непосредственно относятся к вопросам трудоустройства» (ст. 80). Мы имеем дело с классическими  черными списками, востребуемыми для расправы с неугодными работниками, чтобы бунтарям был закрыт доступ в любые организации и фирмы.
Значительно расширяется право хозяев отстранять работников от работы. Если сегодня оно применяется только при нахождении в состоянии алкогольного опьянения на срок не более суток, то предлагается расширить этот перечень, в том числе «за разглашение коммерческой тайны» и сделать это безвременным (ст. 90).

Рабочий день. Сегодня сверхурочные разрешаются лишь в исключительных случаях типа стихийного бедствия  и серьезных аварий и к ним запрещено привлекать женщин с детьми, подростков, вечерников и тяжело больных. Правительство предлагает «с согласия работника» предоставить администрациям предприятий право хоть ежедневно отправлять людей его на сверхурочные работы притом без всяких исключений.
Записи о том, что «при изменении организации труда и технологии производства» работодатель вправе снизить зарплату, предлагаемой в новом Трудовом Кодексе, его авторам показалось недостаточно. Они хотят, чтобы «при согласии работника» зарплату можно было снижать и во всех остальных случаях, без всяких «изменений организации труда» (ст.135). Если мы вспомним, в какие условия ставят работника, как хозяину дозволяют в любой момент вышвырнуть человека на улицу и включить его в черные списки бунтарей, то вряд ли найдется много людей, которые откажутся «добровольно» снизить себе зарплату по «предложению» начальника.

Что же до практикуемых во всей России отпусков без сохранения зарплаты, их предлагается  не включать ни в трудовой стаж, ни в период, предназначенный для исчисления отпусков (ст. 119).

Но всего этого разработчикам нового Трудового Кодекса показалось мало. Идет речь уже о ликвидации основного, главного завоевания рабочего класса России - предлагается ликвидировать 8-часовой рабочий день и 40-часовую рабочую неделю: «по заявлению работника работодатель вправе разрешить ему работу за пределами нормальной продолжительности рабочего времени», а именно, до 12-ти часов в день и 56-ти часов в неделю (ст. 98). Мы знаем, что означают слова «по заявлению работника» в условиях разгрома профсоюзов и свободы увольнений.

Если сегодня мы не прибегнем к самому решительному и жесткому сопротивлению надвигающейся диктатуре, а речь идет именно о диктатуре и установлении абсолютно рабских отношений между хозяевами и работниками, то завтра будет уже поздно. Я не нагнетаю атмосферу, а просто хочу, чтобы все участники нашего коммунистического движения поняли: в России не настолько высока солидарность между людьми, чтобы трудовые коллективы вели себя как один человек и жестко выступали бы в защиту подвергнутых репрессиям товарищей. При принятии нового Трудового Кодекса в течение недели все активисты «Защиты», НПГ, «Солидарности» и тех профсоюзов ФНПР, которые реально борются за права трудящихся, окажутся на улице без всякого шанса на трудоустройство.

Это будет означать не только уничтожение лучших людей в России, а рабочее движение сегодня объединяет именно лучших людей, золотой фонд нашей страны, которые бескорыстно поднимаются на самоотверженную неравную борьбу против несправедливости и бесчестности, рискуя работой, здоровьем, а подчас и жизнью, так вот, это будет означать не только ликвидацию рабочих организаций России, но и создание абсолютных условий для многолетней - на десятилетия - диктатуры. Рабочее движение - единственная сила в стране, способная не допустить установления тоталитарного режима (по типу казахстанского или индонезийского). Его разгром будет означать полное поражение всех прогрессивных сил страны.

Сейчас переломный момент. Профсоюзам и левым политическим организациям необходимо в максимально жесткой форме начать бессрочную кампанию гражданского сопротивления. Не разовые акции, а всеобщее гражданское неповиновение без применения насилия, - способно остановить и осадить оголтелых врагов трудящихся из Правительства, Думы и большого бизнеса.
 

Депутат Государственной Думы
О.В.ШЕИН